Можно наблюдать
Можно наблюдать, что если человек нежного темперамента и слабого сложения в этом периоде заражается чумой, то внутренние явления и наружные признаки появляются скоро — через несколько дней, однако такие люди довольно легко излечиваются. Наоборот, если чумной больной крепко сложен, сухого и бодрого темперамента, то внедрившийся в него чумный яд не так скоро выявляется, но зато он изменяет все сложение человека и вызывает такую порчу всех соков организма, что с появлением симптомов и признаков болезни на человека смотреть страшно; в этом случае заражение происходит столь же легко, насколько трудно идет выздоровление.
III. Наконец, третий период чумной эпидемии — период ее затухания: здесь, особенно в конце этого периода, мы видим только те же симптомы и признаки, что появляются в начальном периоде. Не к чему их здесь вновь приводить; еще более бесполезно было бы показать никчемность так называемых делений и подразделений, о которых уже выше была речь. Различные виды чумы, установленные по различию симптомов и признаков, зависят только от периода болезни, а излечение становится более или менее легким, опять же в зависимости от периодов эпидемии и от различия темпераментов, и поэтому я всегда буду придерживаться этой моей простой системы, которая, как мне кажется, согласуется с наблюдениями и с ходом естественного процесса.
Вещь, которая, возможно, поразит всех европейских ученых
Вещь, которая, возможно, поразит всех европейских ученых, это возникшее среди московских врачей разногласие — была ли там чума или нет. Доктору Ягельскому пришлось много бороться, чтобы доказать, что эпидемия, начавшая свирепствовать в Москве, была действительно чума. Хотя его идеи и его диагностика имели строгие научные основания, все же ему пришлось преодолеть немало препятствий, пока он добился победы.
Эти разногласия привели к тому, что люди стали думать, что и самом деле чума не может существовать в России и тем более в Москве в виду суровости климата, как настойчиво утверждали все эти медики. Чтобы подкрепить это утверждение, некоторые врачи ссылались на свой опыт: «Я, — говорил один, — практикую в Москве многие годы и долгим опытом убедился, что чума даже и показаться не может в наше>1 суровом климате». Другие же, не довольствуясь устными высказываниями, осмелились даже письменно заверить, что эта эпидемия не чума Только Ягельский и некоторые другие придерживались тогда противоположного мнения и им удалось, наконец, убедить всех в необходимости принять меры, чтобы остановить страшную эпидемию, которая могла опустошить страну.
В самом начале эпидемии несколько чумных больных оказались в Генеральном госпитале в Москве. Шафонский (31) главный врач этого госпиталя, посоветовался по этому поводу со своим сослуживцем доктором Ягельским и тотчас сообщил об этом в Контору Медицинской коллегии. Об этом рапорте Контора была обязана уведомить московского генерал-губернатора графа Салтыкова, а также и сенат. Последний тотчас решил созвать врачей города, чтобы они ясно высказались, действительно ли эпидемия представляет собой чуму или нет, и если это чума, то какие самые надежные меры предосторожности следует предпринять для блага народа?
В ответ на это ему пришлось слышать, как врачи, не знавшие ни наших законов, ни даже русскою языка 1, стали шептаться и горячо препираться
Необходимо полностью избегать всякого прикосновеиия
Да, необходимо полностью избегать всякого прикосновеиия к зараженным вещам, чтобы не пасть жертвой чумы, — в этом заключается основное. Почему чума более не появилась в городах и селениях России, которые имели несчастье подвергнуться заражению во время последней столь жестокой эпидемии? И почему, наоборот, эта же страна вынесла жестокую эпидемию при царе Алексее Михайловиче, как явствует из писем, отправленных боярами Царю, осаждавшему тогда Смоленск? Почему окрестности Полтавы на Украине во время русско- турецкой войны 1738—1739 гг. так жестоко пострадали от чумы? Потому, что в те давние времена не были приняты необходимые и верные меры предо-
45сторожпости, чтобы пресечь это бедствие или от него уберечься. Теперь же не пожалели ни колоссальных средствни трудов, чтобы раз навсегда дать справедливейшие и строжайшие установления, как прекратить опустошения, причиняемые чумой, и предупредить ее возврат. С тех пор были учреждены карантины; все зачумленные дома и другие места во всех городах и селениях подверглись очищению специально предназначенными для этого людьми и потому изо всей страны лишь один Киев имел несчастье вторично быть пораженным чумой. Но эта беда вскоре там была ликвидирована, ибо при имевшихся уже тогда законах лишь один дом стал жертвой этой второй вспышки. Как только все жившие в этом доме вымерли, мебель, платье и самый дом были сожжены. Лица, обслуживавшие умиравших, были переведены в соответствующие помещения, чтобы там пробыть срок, предписанный указами о карантинах, и таким образом зло было пресечено при его зарождении. Можно ли допустить, чтобы влияния воздуха могли так скоро измениться или сойти на нет?