Чума, описания болезни, главные симптомы, исследования ученых, мировая статистика

Вернемся к бубонам и мимоходом отметим, что где бы они ни были, они всегда занимают одну об­ласть тела. Иначе говоря, никогда не бывает, что­бы из двух одновременно имеющихся бубонов один появился в паху, а другой в подмышечной области, как об этом пишет автор книги о московской чуме.

Отметим еще, что бубоны никогда не появляются одновременно ни с карбункулами, ни с петехиями, особенно слитными. Эти последние два признака свойственны среднему периоду, между тем как бу­боны появляются в начале или в конце эпидемии.

Как только бубон образовался,.скажем, в паху, то вблизи железы появляется лишь маленькое едва заметное возвышение, а в глубине ощущает­ся боль без признаков воспаления. Если силы больного не упали, то бубон увеличивается со дня на день, боль усиливается и развивается воспаление. Если, наоборот, у больного, как это почти всегда при чуме бывает, имеется резкий упадок сил, то опухоль не нарастает, воспаление не развивается, боль уменьшается и больной умирает на второй, третий или четвертый день. Если по счастливой случайности он доживет до седьмого дня, то бубон припухает все более и более, воспаляется, становит­ся болезненным, нагнаивается и больной тогда вне опасности; в действительности, этот поворот проис­ходит только яотому, что у больного хватило сил побороть болезнь.

Можно заметить, что тяжелые и смертельные симптомы ослабляются по мере того, как воспале­ние переходит в нагноение. Если бубон, вполне соз­ревший, подвергнуть надрезу, из него вытекает вяз­кий, белый, гомогенный гной отличного качества. Таким образом, рана в несколько дней полностью зарубцовывается к большой радости больного, уце­левшего от такой гибельной болезни.

Поскольку можно было найти точные дан­ные,— в настоящем XVIII веке чума про­изводит опустошения в России уже 8 третии раз. В первый раз это случилось в пред­шествующем столетии и тогда эта жестокая болезнь свирепствовала в столице Москве, равно как и во многих других городах и селениях. В 1738—1739 гг.,когда Россия вела войну против турок, она вновь появилась, но не проникла дальше Украины. Мы коснемся более всего третьей эпохи, когда чума возобновила свои опустошения, что было в 1771 г.

Произведенные чумой опустошения были осо­бенно ужасными в XVII веке. Доказательство этому имеем в письме, отправленном московскими боярами царю Алексею Михайловичу, когда он осаждал город Смоленск в 1654 г. Письмо это, отправленное ему князем Михаилом Петровичем Пронским и дру­гими, было составлено в следующих выраже­ниях (13):

«Государю, царю и великому князю Алексею, Михайловичу, всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу холопи твои Мишка Пронский с товарищи челом быот. В прошлом, государь, во 162 году в июле и августе в разных числах писали к тебе, государю, мы холопи твои, что грех ради наших на Москве и слободах помирают многие люди; скорою смертию, и в домишках наших тож учини­лось: мы, холопи твои, покинув домишки свои, жи­вем во граде, и в нынешнем во 163 году после Симонова дни моровое поветрие умножилось, день ото дня больше прибывать учало, и на Москве, госу­дарь и в слободах православных христиан малая часть осталась, а стрельцов, государь, от шести при­казов ни един приказ не остался… И на караул от­нюдь быть некому; а голов, государь, стрелецких Богдана Каковинского, да и Якова Горопкина не осталось же и сотники стрельцы многие померли. А церкви, государь, соборные и приходские, мало не все стоят без пения, только, государь, в большом соборе по сие число служба повседневная, и то с большою нуждою… И православные христиане помирают без отцов духовных и погребают без свя­щенников, и мертвых телеса в городе и за городом лежат, псы волочили, а в убогие домы возить мерт­вых и ям копать некому: ярыжные земские извощи- ки, которые в убогих домах ямы копали и мертвых возили, и от того сами померли. И достальные, государь, всяких чинов люди, такое божие посеще­ние ужаснулись и за тем к мертвым приступать опа­саются… Домишки, государь, наши пусты учинились, людишки померли мало не всс, а мы холопи твои тоже ожидаем себе смертного посещения с часу на час…» В том же году, когда это письмо было написано, после Спиридонова дня, т. е. незадолго до Рождества — эпидемия стала стихать в столице, предместьях и окрестностях. Царь после завоевания Смоленска в 1654 г. вернулся в окрестности Москвы и предпочтительно пребывал там, хотя царица Мария Ильинишна, удалившаяся вследствие чумы в деревню, уже вернулась в Москву, где жителей было еще мало. Патриарх Никон вернулся также из своего монастыря и мало-помалу за ними последо­вали и другие. Прибыв в Москву, патриарх прика­зал убить всех собак, ибв они пожирали трупы чумных.